Статья впервые опубликована в журнале "Alma mater" (Вестник высшей школы) 2013, №2, С.107-113. Дана в первоначальной авторской редакции.

РИТОРИКА И ГОМИЛЕТИКА: БУКВА И ДУХ

М.Н. Пряхин 

Кафедра массовых коммуникаций

Филологический факультет

Российский университет дружбы народов

Ул. Миклухо-Маклая, 6, Москва, Россия, 117198

 

Сопоставление моментов оформления противоположных речевых модусов в европейской культуре - риторики и гомилетики. Риторика опирается на письменный текст и рождается как юридический инструмент, гомилетика – на вдохновение свыше и рождается как отрицание законничества античной цивилизации.  

Ключевые слова: писаные законы, риторика, гомилетика, вдохновение, риторизация проповеди.

«…γράμμα ἀποκτέννει τò δὲ πνευ̃μα ζω̨οποιει̃» 

(«…буква убивает, а дух животворит»)

 (2 Кор. 3:6)

Чтобы понять суть какого-то явления бывает полезно найти нечто, составляющее полную ему противоположность, определить крайние точки, экстремумы. Риторика и гомилетика являются такими противоположностями, как бы полюсами магнита, которые нельзя отделить друг от друга.

Риторика (искусство и наука о грамотной речи) и гомилетика (искусство и наука о христианской проповеди) воплощают два противоположных «речевых модуса» европейской культуры – речи грамотной (обращённой к уму),  и речи душевной, (обращённой к сердцу).

Существуют две основные точки зрения на гомилетику в её соотношении с риторикой [1] . Сторонники первой считают, что гомилетика есть разновидность риторики [2] . Противоположная позиция заключается в том, что гомилетика представляет собою особый вид пастырского служения [3] , когда благодать священства действует через пастыря, а талант и образованность являются вспомогательными средствами церковного оратора. (Существует и третья, промежуточная позиция, согласно которой гомилетика есть учебный предмет, способный привести к духовному совершенствованию [4] ). Проблема построения гомилетической теории, таким образом, сосредотачивается вокруг соотношения между рациональным началом в ораторстве и тем, что именуется вдохновением от Бога.

Считается, что риторика родилась в древней Греции в эпоху демократических преобразований (VII-VI в.в.). Гомилетика появилась спустя примерно 6 веков в Иудее и стала неотъемлемой частью христианской культуры. Отношения этих двух речевых модусов отражают мировоззренческий конфликт двух цивилизаций, «дневной» и «ночной» культур (по терминологии Флоренского).  

Риторика – наука практическая и универсальная. Хотя она и не привязана к определённому мировоззрению, таит в себе прометеевское богоборческое начало (что ярко проявилось у творцов риторики – софистов, платных учителей красноречия и активных политиков). Гомилетика – наука открыто христианская, чуждая политике и утверждающая концепцию соработничества человека и Бога, духовного преображения человечества.

Во многих экскурсах по истории риторики и гомилетики рассматриваются их взаимная связь и влияние друг на друга [5] как светского и религиозного начал в речевом поведении, особых наук и учебных предметов. Новизна данной статьи состоит в  сопоставлении моментов появления на свет обоих явлений. Это важнейшие пункты в их истории, без ясного понимания которых не может быть выяснен вопрос об их соотношении.

Рождение риторики из распри

 

Нас интересует момент рождения риторики не как учебного предмета или искусства, а как устойчивого модуса речевого поведения, связанного с образом жизни в антагонистическом обществе. Под термином «риторика» в настоящей статье  понимается «наука и искусство грамотной речи», то есть речи, которая сначала пишется, а потом произносится [6] . Это, если использовать понятия социальной психологии, разговор чужих – чужого человека с другим чужим ему человеком, где господствует желание показаться не тем, что ты есть на самом деле, сказать то, что на самом деле не думаешь: речь в собрании, на митинге, в теледебатах, словесном поединке в суде… «Это речь деятеля, обращённая к другому деятелю» (Бахтин М.М.). Суть риторики – в раздвоении, расщеплении личности говорящего: одно думаю, а говорю другое; или говорю не совсем так, как думаю и т.п. В риторике происходит исчезновение целостности, нечто болезненное, что становится всеобщим свойством в городском (буржуазном) обществе, где личность, в конце концов, распадается на мелкие мозаичные осколки и теряет самопонимание: кто же я, в конце-то концов?

Обычно о происхождении риторики говорится неопределённо как о некотором постепенном процессе развития ораторского искусства в Древней Греции для обслуживания демократических процедур. О какой-то точке начала процесса говорить никто не берётся [7] . Но здравый смысл подсказывает, что должен существовать такой момент. По мнению автора данной статьи, им можно с большой определённостью назвать известную судебную реформу Дракона 621 года до Р.Х., когда впервые в Афинском государстве были введены писаные законы.

Значение писаных законов

 

Введение писаных законов, которые приходят на смену обычному праву, основанному на устном предании, является необходимым моментом в становлении государства: разнородное население, исповедующее порою малосовместимые нравственные ценности и обычаи,  вынуждено объединиться на основании буквы закона. Это качественный скачок в развитии человеческих отношений. И как всякий скачок он имеет катастрофический характер.

Такая революция меняет весь образ жизни общества, и, в первую очередь, характер актуального речевого поведения. В период введения писаного закона, преобладающей формой общественного сознания становится право – в виде юридического мышления и юридической речи. Правовое сознание основывается на признании писаного закона как самостоятельного субъекта - неприкосновенного и непререкаемого. Как языческий идол, он требует служения и абсолютного повиновения себе. Юридическая речь основана на апелляции именно к букве закона: речь адвоката, прокурора, судьи, участников суда имеет в своей основе, прежде всего, точное воспроизведение буквы закона. Юридическая речь – риторика – по сути, озвученная буква (γραμμα), грамотная речь, то есть ограниченная буквой.

Писаные законы хотя и не отменяют действие неписаных, но вступают с ними в существенное противоречие, которое выражается в противостоянии правового и традиционного мышления, правовых и моральных норм. Общественное мнение всегда отдаёт предпочтение неписаным законам как более древним и более важным. Это неразрешимое противоречие всех культурно-исторических типов, причина раздвоения индивидуального сознания во все времена.

Драконовская риторика

 

Введение писаных законов в древних Афинах в 621 году до Р.Х. связано с драматическими обстоятельствами классовой борьбы, когда противостояние аристократов и демократов достигло чрезвычайной напряженности и государство стояло на пороге открытой гражданской войны.

Демократы, эти в основном, потомки чужестранцев,   не имели равных прав с теми, кто издревле населял Аттику. В стране господствовало обычное право. Законы, не будучи записанными, истолковывалось в суде практически всегда в пользу коренных жителей, что вызывало растущее возмущение пришлого элемента – демоса.   Такое положение было свойственно не только Афинам, где демос, уже представлявший грозную и влиятельную силу, становился опасен для государства.

По примеру других греческих полисов, где тоже поднимала голову нарождающаяся демократия (Локрида, Катана, Аргос), глава государства - архонт Дракон (в другом написании - Драконт), аристократ по происхождению, идёт на уступки  - вводит писаные законы, уравняв всех в правах (не считая, очевидно, рабов).

Особенность драконовского законодательства - в его необычайной жестокости: смертная казнь устанавливалась за большинство видов преступлений. В виде каменных таблиц законы были выставлены в Афинах для всеобщего доступа. Каждый мог указать на закон, который был нарушен, и потребовать суда над обидчиком.

Так как не было ещё института наёмных адвокатов, стороны сами представляли свои интересы перед лицом судейской коллегии и потому напряжение словесного поединка было чрезвычайно высоким. Приходилось перед лицом закона становиться оратором – уметь обвинять или защищаться. Количество смертных приговоров было так велико, что спустя много веков афинские жители с ужасом вспоминали о «драконовских мерах». Очевидно, это было совершенно необходимо для предотвращения широкомасштабной гражданской войны. Взамен были принесены в жертву наиболее разнузданные  нарушители законов из числа потомственных аристократов.

Так осуществилось торжество демократии, вступление Афин в правовое общество!

 Очевидно, рождение риторики предполагает наличие следующих предпосылок:

  1. распад общества на непримиримые классы,
  2. переход к новому преобладающему типу отношений, (вместо кровнородственных приходят товарно-денежные);
  3. закрепление таких отношений в писаных законах,
  4. применение этих законов в открытых судебных тяжбах, где враждующие стороны противостоят в словесном поединке.

При этих условиях риторика становится  буквально жизненно важным искусством для всякого свободного гражданина.

Риторика и её «сёстры»

 

Риторика - «искусство находить возможные способы убеждения относительно любого предмета» (Аристотель). Она родилась из распри. И надо добавить, не одна – вместе с ней появились на свет две её родные сёстры: эристика (наука и искусство спорить) и софистика (умение казаться мудрым) [8] .

Часто сестёр неискушённые люди путают. Такие близкие «родственные связи» не делают чести риторике и изначально являются причиной подозрительного к ней отношения.

Ко времени Сократа (вторая половина 5-го века до Р.Х.) популярность риторики становится огромной; приезжие платные учителя ораторского искусства не знают отбоя от учеников. Все понимают, что тот, кто владеет искусством убеждения, приобретает власть над людьми, делая их своими рабами по собственной воле (Горгий).  Софисты пользуются успехом не потому, что учат говорить хорошо. Их учеников привлекает иное, - обещание научиться побеждать в спорах и судебных процессах. Богатые юноши платят из родительского кармана 30 мин (13 кг) серебра Протагору за его уроки потому, что тот учит по методу «за и против»: в начале доказать тезис, а потом его же и опровергнуть. Трезвомыслящие люди осуждают софистов за их мнимую мудрость и развращение морально нестойкой молодёжи.

Злоупотребление риторикой, за которую выдают эристику и софистику, становится причиной того, что между философами (в хорошем смысле слова – к ним мы относим Сократа, его ученика Платона) и софистами (Протагором, Продиком, Гиппием и другими приезжими платными учителями «мудрости»)  развертываются в Афинах бурные споры о сущности красноречия и его общественном предназначении.

Сократ и его ученики считали, что софисты занимались интеллектуальной проституцией. С тех пор софистов изображают как людей, сознательно расшатывавших общественное сознание и развращавших молодёжь ради денег. Это мнение общепринятое и поныне (за немногими исключениями [9] ).

Философия в лице Сократа и его последователей выступает, скорее,  не против риторики, а против софистики как преднамеренной правдоподобной лжи. И в этом проявляется конфликт между обществом и личностью. Риторика есть небесполезная наука, так как общество заинтересовано в правильной, понятной и красивой речи ораторов, помогающей в решении важных вопросов – в политике, в суде, в журналистике. А в софистике и эристике заинтересовано не общество, а противостоящие ему отдельные персонажи, преследующие своекорыстные цели. Нельзя упускать из виду, что противники софистов и враги демократии – Платон и Аристотель - тоже развивали и разрабатывали риторику, наполняя её этическим содержанием и ограничивая строгими правилами логики (Аристотель начал учёную карьеру как преподаватель риторики в платоновской Академии и написал свой вечно актуальный трактат под этим названием).

Окончательное общественное признание в эллинистическом мире риторика получает в 1 веке от Р.Х., когда император Тит Флавий Веспасиан-старший (9-79) учреждает школы греческой и латинской риторики (в них стали готовить чиновников) и устанавливает плату преподавателям из казны. Тем самым в Риме было положено начало высшего государственного образования.

Риторика, в конце концов, и вошла в число главных наук наряду с грамматикой и диалектикой, образовав античный тривиум, этот фундамент гуманитарного образования [10] .

Основа риторики – буква. Дух риторики – официальная отчуждённость или враждебность. Место риторики – зал суда, совещания или бурная площадь.

Гомилетика. Язык любви

 

О рождении гомилетики также, можно говорить как о моментальном событии. Имеется в виду описанное в Деяниях Апостолов сошествие Св. Духа на Апостолов в день Пятидесятницы, которое знаменует собою также и рождение Церкви.

Если для языческой эллинистической цивилизации риторика стала главенствующей наукой и искусством, то в наступившей за нею новой эре ей объявляется бойкот. Риторика расценивается христианством как орудие эмоционального и интеллектуального насилия, которому не должно быть места в грядущем обществе.

Христос принёс Благую весть в мир, где господствовал принцип «Homo homini lupus est» (Человек человеку волк). Учение Христа «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга» (Ин, 13, 34) представлялось нелепым для людей античного мира: «иудеям - соблазн, эллинам же – безумие» (1 Кор. 2, 24) [11] .

О том, как проповедовал Своё учение Сам Богочеловек можно судить по евангельским свидетельствам. Можно отметить три момента.

1.      Он предстает, прежде всего, как целитель тела и души – врач и учитель одновременно. Лекарство – одно, Его слово – исцеляющее и просвещающее.

2.      Он говорит со всеми – с толпой и Апостолами, с фарисеями и книжниками, иудеями и язычниками, - находя нужные слова в соответствии с уровнем развития собеседников. С толпой Он говорит притчами (толпа в принципе не может понимать сложные вещи), но разъясняет смысл сказанного своим ученикам наедине. С фарисеями и книжниками – языком Писания, ведёт учёные беседы и споры.

3.      Главное в Его речи – любовь к собеседнику: «Благий человек от благого сокровища сердца своего износит благое, а злой человек от злого сокровища сердца своего износит злое:  от избытка сердца глаголят уста его» (Лк. 6:45) То есть речь – не плод холодного рассудка, а излучение сердца.

Это исцеляющий всем понятный язык любви.

В Евангелиях постоянно идёт полемика с античным миром, с софистическим мышлением, философией релятивизма. Господь утверждает незыблемость истины, в существовании которой по-гречески образованные люди того времени изуверились (как, например, Пилат с его ироническим вопросом «что есть истина?»).

Наставление Апостолам

 

Для проповеди новой веры Господь избирает себе Апостолов, сначала двенадцать, затем ещё семьдесят.  Подготовка их к миссионерскому служению происходила, как следует из Евангелий, по меньшей мере, в два этапа.

Первый проповеднический опыт они получают при земной жизни Христа, когда Он их посылает к «погибшим овцам дома Израилева» с вестью о том, что «приблизилось Царство Небесное» (Мф.:10:7), то есть, иными словами, грядет эпоха принципиально новых межчеловеческих отношений. Наставление Апостолам мы читаем в главе 10 от Матфея. Отметим в ней особенно важные для нас моменты:

Во-первых, Апостолам Христос даёт особые полномочия – лечить и учить. «И призвав двенадцать учеников Своих, Он дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь». (Мф.:10:1)

Во-вторых, требование полного бескорыстия. «Больных исцеляйте, прокаженных очищайте, мертвых воскрешайте, бесов изгоняйте; даром получили, даром давайте. Не берите с собою ни золота, ни серебра, ни меди в поясы свои, ни сумы на дорогу, ни двух одежд, ни обуви, ни посоха, ибо трудящийся достоин пропитания». (Мф.:10: 8-10).

В-третьих – никакого насилия над слушателями: тот, кто отвергает новое учение, сам несёт ответственность за его неприятие. «А если кто не примет вас и не послушает слов ваших, то, выходя из дома или из города того, отрясите прах от ног ваших; истинно говорю вам: отраднее будет земле Содомской и Гоморрской в день суда, нежели городу тому» (Мф.:10:14-15).

В-четвёртых: «карьерные перспективы», которые Господь открывает ученикам, самые невесёлые: им предстоят судебные тяжбы и побои, поэтому следует быть очень осторожными. «Вот, Я посылаю вас, как овец среди волков: итак будьте мудры, как змии, и просты, как голуби. Остерегайтесь же людей: ибо они будут отдавать вас в судилища и в синагогах своих будут бить вас» (Мф.:10:16-17).

Пятое обстоятельство, на которое следует обратить внимание: это «полемическая подготовка». Христос ободряет учеников тем, что в трудную минуту, у них откроются сверхъестественные способности в ведении споров, произнесении речей в свою защиту. «Когда же будут предавать вас, не заботьтесь, как или что сказать; ибо в тот час дано будет вам, что сказать, ибо не вы будете говорить, но Дух Отца вашего будет говорить в вас». (Мф.:10: 19-20)

Господь не скрывает от учеников последствий распространения ими благой вести в этом жестоком мире: «Предаст же брат брата на смерть, и отец - сына; и восстанут дети на родителей, и умертвят их; и будете ненавидимы всеми за имя Мое; претерпевший же до конца спасется» (Мф. 10:21-22). Как мы знаем, предсказание это исполнилось буквально. Христиан стали гнать и убивать, как это было в первые века Римской империи, давшей целый сонм святых мучеников. Да вся последующая история являет нам поразительную силу, с которой люди разделяются на поборников и противников Христа.

Подобные наставления Христос даёт и семидесяти Апостолам (Лк.10).

Первый опыт хождения в народ был небезуспешным, так как в Евангелие от Луки сообщается о том, что ученики «возвратились с радостью и говорили» Господи! и бесы повинуются нам о имени Твоем» (Лк. 10:17).

Как это ни странно звучит, но Апостолы были посланы на проповедь, ещё не будучи в полном смысле христианами, а Сам Христос только готовился к Голгофе и Воскресению. Ещё не свершились все главные события евангельской истории. Ученикам только предстояло уверовать в Него, преобразиться духовно и только после этого стать проповедниками воскресшего Бога.

Рождение проповедников

 

Второй этап подготовки учеников к миссионерскому служению связан с последующими событиями, решающим из которых было сошествие на них Святого Духа в день Пятидесятницы, который наступает через десять дней после Вознесения и пятьдесят после Пасхи.

В день своего Вознесения Христос повелел ученикам не отлучаться из Иерусалима, а ждать обещанного Святого Духа, который даст им особую силу (Деян.1:4). Дух сделает их свидетелями (т.е. проповедниками) в Иерусалиме и всей Иудее и Самарии и даже до края земли (Деян. 1:8).  О том, как происходило это духовное перерождение, мы читаем в Деяниях:

1.      При наступлении дня Пятидесятницы все они были единодушно вместе.

2.      И внезапно сделался шум с неба, как бы от несущегося сильного ветра, и наполнил весь дом, где они находились.

3.      И явились им разделяющиеся языки, как бы огненные, и почили по одному на каждом из них.

4.      И исполнились все Духа Святаго, и начали говорить на иных языках, как Дух давал им провещевать. (Деян.2:1-4)

На этот шум собрались иудеи, люди набожные, приехавшие в Иерусалим из разных стран, из всякого народа под небесами. Первым проявлением преображения Апостолов стала способность изъясняться на всех языках и быть понятными для всех – чудо глоссолалии. «И все изумлялись и дивились, говоря между собою: сии говорящие не все ли Галилеяне? Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились» (Деян. 2:7-8).

Реакция на их проповедь не была однозначна, некоторым показалось, что эти люди, пьяны: «А иные, насмехаясь, говорили: они напились сладкого вина» (Деян. 2:13).

Как можно объяснить эту насмешку? Очевидно, это касается их внешнего поведения, которое не могло не показаться странным. Они, очевидно, пережившие невероятное потрясение от только что пережитого ими чуда, покинули дом и оказались на улице перед собравшейся толпой. Они, видимо, возбуждённо говорили все сразу со всей силой своего ближневосточного темперамента.

Во-вторых, содержание их речей. О словах, которые вырывались из уст Апостолов, мы можем только догадываться, так как в тексте Деяний нет ни изложения, ни тем более цитат из их речей в тот момент. Но общий смысл их не оставляет сомнений – они говорили о том, что так долго копилось в их душах и не имело выхода по причине страха иудейского – они впервые заговорили о распятом и воскресшем Боге. Может быть, в тот момент открыто во всеуслышание прозвучал победный возглас, лозунг, общий пароль, сконцентрировавший всю философию, суть нового учения – «Христос воскресе!». Ставший привычным за два тысячелетия, тогда этот лозунг не мог восприниматься как сообщение, по меньшей мере, сенсационное и не очень достоверное. Да и вся философия христиан воспринималась как учение экстравагантное, даже безумное.

Характерно, что и сами Апостолы не отрицали кажущейся абсурдности содержания своей проповеди. Позже Апостол Пётр подчёркивал, что их проповедь была юродством: «Благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих» (1Кор. 1:21). «Юродство» - значит «убожество», «уродство», намеренное старание казаться глупым, безумным (словарь Ушакова). На иных языках это слово переводится прямо-таки  однозначно как «глупость». В английской версии: «it pleased God by the foolishness of preaching» (1Cor. 1:21). Во французском переводе: «par la folie de prediation» (1Cor. 1:21). В греческом оригинале – μοριας (глупость).

Далее говорится, что Апостол Петр, вставши вместе с прочими одиннадцатью апостолами, сказал, что они не пьяны, но что на них сошел Дух Святой, как это и было предсказано пророком Иоилем, и что Иисус Христос, Которого иудеи распяли, воскрес из мертвых, вознесся на небо и излил на них Святого Духа. Проповедь Петра так подействовала, что многие уверовали и приняли крещение: таких оказалось в этот день около трех тысяч человек.

Со дня сошествия Святого Духа вера христианская стала быстро распространяться, Первоначально апостолы проповедовали евреям, а потом разошлись по разным странам, как им было заповедано Учителем: «Итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать всё, что Я повелел вам; и се, Я с вами во все дни до скончания века. Аминь.» (Мф. 19:20).

Видный исследователь гомилетики профессор Н.Барсов отмечает, что Апостолы получили среди прочих многочисленных даров Святого Духа три особенные, проповеднические дарования:

1.      глоссолалия (дар экстатический) - способность изъясняться на всех языках и быть понятным для любого человека вне зависимости от национальной и языковой принадлежности;

2.      профития (дар энтузиастический) – способность пророчествовать;

3.      дидаскалия (дар рационалистический), дар  учительства, умение, усвоив христианскую доктрину, излагать её [12] .

Глоссолалия и профития были присущи только первым Апостолам и со временем стали редкими явлениями. Напротив, рационалистический дар учительства, получил распространение и стал преобладающим среди проповедников.

Совмещение несовместимого

 

Очень знаменательным представляется тот факт, что Сам Христос не оставил после себя ни одного собственноручно написанного слова. Поэтому Апостолы распространяли учение Христа, рассказывая то, чему сами были свидетелями. Но спустя годы живых свидетелей становилось всё меньше. Появилась потребность в записанной истории – были созданы многочисленные Евангелия, четыре из которых (от Матфея, Марка, Луки и Иоанна) стали общепринятыми.

До половины III века в Церкви просуществовало убеждение, что церковный оратор является не более чем посланцем, через которого вещает Святой Дух. Ни о какой риторике речи быть не могло. В первые века христианская церковь отказывалась принимать в свою среду риторов (преподавателей красноречия) и даже к крещению допускала их не иначе, как после формального торжественного отречения их от ораторства [13] .

 Но впоследствии происходит примирение гомилетики с риторикой, признание её полезности для миссионерского дела.

Первым шагом в этом направлении можно считать появления записанных Евангелий - неизбежный естественнокультурный процесс фиксации живой философии. Использование текстов в проповеди, их буквальное цитирование Писания есть, несомненно, начало её риторизации: уже не Дух отверзает уста, как было у вдохновенных Пророков и Апостолов, а буква. И вот это замещение живого опыта книжным знанием рационализирует содержание речей, требует всё более глубокой чисто книжной образованности, чтобы понимать и правильно истолковывать Писание.

Второй закономерный шаг навстречу риторике был сделан, когда выдающийся христианский богослов Ориген (185 - 253), открыто признал необходимость речевой подготовки проповедников. Впоследствии его поддержали и другие видные мыслители церкви. Блаженный  Августин (354—430) в сочинении “De doctrina Christiana” (О христианской науке) указывает, что риторика — предмет общего образования, и не бесполезна для проповедника, хотя отнюдь не необходима; проповеднику достаточно изучить Писание и произведения церковной литературы. Как для оратора вообще, так и для проповедника нужна мудрость (sapientia); к проповедническому служению более способен тот, кто может рассуждать “мудро”, хотя бы и не мог говорить красноречиво [14] .

Так появляется «христианская риторика». И далее гомилетика разделяется на два параллельных непересекающихся направления: профетическое, согласно которому вдохновение является источником происхождения проповеди, и на риторическое, трактовавшее проповедь как вид искусственного ораторства [15] .

Самое известное и успешное проявление союза риторики с христианством, пожалуй, - творчество святителя Иоанна Златоустого (344-407), архиепископа Константинопольского. Златоустом он был прозван именно за своё красноречие, умение доходчиво разъяснять сложные вещи. Ученик известного ритора Либания (314-393), адвокат по профессии, он принял крещение, стал священником и привнёс в служебный обиход и в христианскую литературу многие достижения риторической науки. Вершина его творчества – это создание последования Божественной литургии. За основу он взял тот вариант, который до него был написан другим отцом церкви - Василием Великим (330-379), тоже бывшим учеником Либания.

Тезис (риторика) – антитезис (гомилетика) – синтез (христианская риторика). Так можно описать схему, по которой разрешается конфликт языческой риторики и христианской гомилетики. Дальнейшее развитие даёт нам образцы великих творений, созданных в союзе риторики и христианской гомилетики.

Но полного примирения между риторикой и гомилетикой не произошло, эти два предмета изучаются раздельно в духовных учебных заведениях. Риторика преподаётся традиционно, по античному канону, а гомилетика  как наука о составлении и произнесении церковной проповеди.


Сравнение риторики и гомилетики

 

Параметры сравнения

Риторика

Гомилетика

Определение

Риторика – грамотная речь, то есть предварительно написанная и обдуманная, неискренняя.

 

Гомилетика – живая речь «от избытка сердца», непосредственная, искренняя.

Причины возникновения

Риторика - средство борьбы

Гомилетика родилась из любви к ближнему

Способ достижения успеха

Обучение – главная причина успеха оратора

Вдохновение – главная причина успеха проповедника.

Отношение к слову

Слово – послушный инструмент для достижения личных целей.

Слово – Бог (Божественный Логос). «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Ин. 1:1)

Отношение к истине

Отрицание истины как реальности, подмена истины мнением о ней («Человек – мера всех вещей…» - Протагор)

Утверждение единой истины – Христа. «Иисус сказал Ему: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только чрез Меня» (Ин. 14:6)

Отношение к имуществу

Ритор получает гонорар «Прекрасно и ценно уметь выступить с хорошей красивой речью в суде, совете или перед иными властями, … убедить слушателей и удалиться с наградой» - Софист Гиппий (См.: Платон. Гиппий Больший)

Проповедник получает милостыню. «Господь повелел проповедующим Евангелие жить от благовествования» (1 Кор. 9:14)

Разница в содержании

Риторика не привязана к какому-либо определённому мировоззрению. Это речь о всяком предмете. Риторика – умение находить убеждения относительно каждого данного предмета. – Аристотель.

В гомилетике, прежде всего – изложение христианского мировоззрения

Отношение к себе

Отстаивание личной точки зрения или заказчика.

Проповедник выступает лишь посредником между Богом и людьми «Иисус, отвечая им, сказал: Мое учение – не Мое, но Пославшего Меня» (Ин 7:16)

 

 

RHETORICS AND HOMILETICS: LETTER AND SPIRIT

 

M.N.Pryakhin

 

Peoples' Friendship University of Russia,
6, Mikluho-Maklaya St., Moscow, Russia, 117198

Comparison of rhetoric and homiletic starting points. Rhetorical speech is based on written text and was born as an instrument of forensic oratory; homiletic speech is based on inspiration and is the Christian response to the ancient legalism.

 

Key words: Draconian laws, rhetoric, homiletic, inspiration, rhetorisation of cermon.



[1] См. об этом: Феодосий, епископ Полоцкий и Глубокский. Гомилетика. Теория церковной проповеди. МДА, Сергиев Посад, 1999. – С. II-IV.

[2] Видный  советский теоретик риторики Ю.В.Рождественский выстраивает основные этапы развития риторики от искусства к науке. Гомилетика им рассматривается как этап между педагогической системой Квинтилиана и «рациональной риторикой» нового времени, за которой следуют «поэтика Потебни» и «научная риторика». См. Рождественский Ю.В. Теория риторики. М. Добросвет, 1999. – С.68. ) Другой известный автор тоже включает гомилетику в качестве раздела риторической науки и практики, который занимается задачами духовно-нравственного просвещения, воспитания и обучения. (Волков А. А. Курс русской риторики. М: Издательство храма св. мц. Татианы, 2001. – С.5). Г. Хазагеров указывает, что в широком смысле гомилетика – «это то, что Аристотель называл торжественным красноречием. Подлинное развитие она получила именно в церковной проповеди…» (См. Хазагеров Г. Г. Политическая риторика. Издательство Никколо-Медиа. 2002 г.) и др. Эта точка зрения постепенно закрепляется в научном обиходе (см., например Листвин Д.А. Коммуникативно-прагматические принципы гомилетики в теории риторики. Дис. канд. филол. наук, Тверь, 2006.- 210 с. Автор характеризует гомилетику как «частную риторику, образованную на стыке общей риторики и христианского пастырского богословия. Специфическая особенность гомилетики как частной риторики состоит в том, что гомилетика разрабатывает пути эффективизации общения относительно особенного предмета - Бога и религиозно-нравственной жизни людей…»).

 

[3] Так считает видный исследователь гомилетики профессор Санкт-Петрбургской Духовной Академии Н.Барсов (1839-1903), в частности,  в своей работе «История первобытной христианской проповеди. (СПб., 1885).

[4] См. Феодосий, епископ Полоцкий и Глубокский. – Там же.

 

[5] См., например, Барсов Н. Гомилетика // Энциклопедический словарь. Т. 17. Изд-во Брокгауз и Ефрон. С.161-164.

Барсов Н. «История первобытной христианской проповеди. СПб., 1885; Бондаренко В. Риторика и гомилетика: сопоставительный анализ учебного предмета. Дипломная работа. – Сергиев Посад, Московская духовная академия. 2001 г.; Corbett, E., Connors, R. Classical Rhetoric for the Modern Student. 4th ed., N.Y., Oxford, Oxford University Press, 1999.

 

[6] Это определение впервые обосновано автором настоящей статьи в работе: Пряхин М.Н. Риторика в системе тривиума. К вопросу об определении понятия «риторика».// Риторика в системе коммуникативных дисциплин / Санкт-Петербургский государственный горный институт (технический университет). СПб, 2005. (Записки Горного института Т.160.Ч.1) С.63-65. Оно не противоречит остальным известным определениям, но по своему объёму является предельно широким.

 

[7] Мнение Цицерона, изложенное в трактате «Брут», не выглядит достаточно обоснованным. Если стать на точку зрения Цицерона, риторика возникла в 466 году на Сицилии, откуда были изгнаны тиран Фрасибул и когда после долгого перерыва возобновились частные процессы. «Потому-то, - пишет Цицерон, - сицилийцы Корак и Тисий … впервые составили теорию и правила судебного красноречия». «А до этого никто обычно не пользовался ни методом, ни теорией и лишь старались излагать дело точно и по порядку». Такое рассуждение никак не объясняет, почему именно после изгнания тирана, а не ранее или позже были составлены правила судебного красноречия и почему изложение дела точно и по порядку уже не удовлетворяло людей, обретших свободу.

 

[8] Аристотель в своей работе «О софистических опровержениях» различает эристику и софистику, говоря, что «один и тот же довод будет софистическим и эристическим, но не для одного и того же: эристический – ради мнимой победы, софистический – ради мнимой мудрости. И действительно, софистика – есть мнимая, а не действительная мудрость» - Аристотель. Сочинения в четырёх томах. Т.2, М.: Мысль, 1978. – С.555.

Эристика нужна, когда ты просто неправ в данном конкретном случае, а софистика – если ты неправ принципиально и тебе надо обосновать ложь под видом философского учения. Софизмом является, например, известный афоризм Протагора о том, что «человек – мера всех вещей». Он производит подмену понятия «истины» на понятие «мнение» и таким образом отождествляя их и развивая на основании этого софизма философию релятивизма, плюрализма, субъективизма, индивидуализма и т.д. и т.п.

[9] Известна позиция Гегеля, назвавшего софистов греческими просветителями. Защитники софистов появляются и в наши дни. Современный философ из Харькова И.Рассоха в своей интересной, но весьма спорной монографии выражает несогласие с общепринятым негативным отношением к софистам, заявляя, что именно софистика – «предельная вершина, которой достигло духовное развитие античной цивилизации». Автор – рьяный сторонник рыночного общества.  См.: Рассоха И.Н. Апология софистов. Релятивизм как онтологическая система. Харьков. 2007.( http://www.hrono.ru/libris/lib_r/rass00sofi.html)

Можно сколько угодно хвалить достижения софистов, но надо иметь в виду, что они сознательно эксплуатировали потребности разлагающегося афинского общества 5-4 в. до Р.Х. в интеллектуальном разврате. Будучи по большей части чужестранцами, софисты были равнодушны к интересам города (см.: Чернышёв Б.С. Софисты. М.: КомКнига, 2007. - С.46) и к последствиям своей деятельности. Их столкновения с Сократом во многом определяются тем, что он был коренным афинянином, которому некуда было уезжать из родного города и волей-неволей ему приходилось думать о вечных вещах. Самое пагубное, что было в софистах – их беспочвенность, безответственность перед учениками и приютившим их городом, крушению которого они немало способствовали своей пропагандой индивидуализма, алчности и атеизма.

[10] Тривиум можно рассматривать как систему наук, формирующих основные коммуникативные навыки. Грамматика учит писать и читать, риторика – сочинять и говорить, логика (диалектика) – спрашивать и отвечать. – См. об этом: Пряхин М.Н. Указ. Соч.

[11] И для многих наших современников этот основополагающий принцип христианской культуры либо неизвестен, либо вызывает открытую издевательскую насмешку (одна восемнадцатилетняя девушка сказала, что «это забавно»). Ежечасная пропаганда рыночного демократического общества и конкуренции как образа жизни делает своё страшное дело разрушения основ русской культуры.

[12] См.: Барсов Н. История первобытной христианской проповеди. СПб., 1883. С.79-86

[13] См. Барсов Н. Там же.

[14] См. Блаженный Августин, епископ Иппонский. Христианская наука или Основания Священной Герменевтики и Церковного красноречия. Библиополис, СПб, 2006. – 508 с.

[15] См. Барсов Н. Гомилетика // Энциклопедический словарь. Т. 17. Изд-во Брокгауз и Ефрон. С.162.


вверх


© Пряхин М.Н..| zavetspisok@yandex.ru