Статья впервые опубликована в сборнике: Риторика в системе коммуникативных дисциплин / Санкт-Петербургский государственный горный институт (технический университет). СПб, 2005. (Записки Горного института Т.160.Ч.1) С.63-65.

Резюме: Риторика родилась как вид речи, основанный на предварительно продуманном или записанном тексте. Как наука риторика связана с двумя другими частями тривиума – грамматикой и логикой, составляет с ними неразрывную систему наук.

Rhetoric was born as a kind of speech based on written text. As the science it is bound to two other parts of trivium - grammar and logic - and constitutes with them an interdependent system of disciplines.

М.Н. Пряхин

Риторика в системе тривиума.

(К проблеме определения понятия «риторика»)

В практике преподавания риторики сталкиваешься с неоднозначностью толкования самого понятия «риторика».

Известно множество определений этому слову. Каждое время по-своему понимало, что изучает риторика и что именно надо преподавать ученику. Произвольность толкования всегда давало творческую свободу каждому учителю, но вызывало недоумение у учеников. Такое положение неизбежно приводит к необходимости какой-то унификации понятий. Что же изучает риторика как наука, чему учить?

Известная аксиома гласит, что явление может быть правильно понятым только в том случае, если известно его происхождение. В исторических очерках обычно происхождение этой науки и практики связывают с победой демократии в древней Греции. Риторика возникла для обслуживания демократических процедур (выборы, суд, совещания и т.п.). Всё происходило как бы постепенно. И такое объяснение, на первый взгляд, достаточно.

Но можно скорее говорить не о постепенности, а об одномоментности её возникновения, о существовании, некоторого «исходного феномена» риторики. Это – введение в практику писаного закона при осуществления правосудия. Многие авторы упоминают о реформе, осуществлённой в Афинах в 621 до н.э. Драконтом. Впервые в Аттике законы были записаны на таблицах и всякий мог пожаловаться в суд с указанием той статьи, которая была нарушена его обидчиком. Нарушитель обычно приговаривался к смерти, что и определяло чрезвычайную напряжённость в словесном соревновании перед лицом ареопага.

С этой поры, то есть с началом возвеличивания демоса и поражения аристократов, красноречие становится жизненно важным навыком афинского гражданина. Это общеизвестно. Но давайте рассмотрим, что входит в такое понимание красноречия. Тут, видимо, не одно, а по меньшей мере, три умения, которыми должен был обладать всякий попадавший в суд.

1. Умение читать (быть грамотным, знать текст законов).

2. Умение логически доказать обвинение: сообщить о факте преступления, соотнести его со статьёй закона (квалифицировать преступление), и потребовать соответствующего наказания. То есть строить силлогизмы.

3. Умение опровергнуть обвинение.

Итак, грамотность, логичность и самое главное качество, которое можно назвать по-разному – критичность, остроумие, умение спорить, опровергать, оправдываться и т.п. Но если обвинение (возьмём крайний случай) абсолютно доказано, факт нарушения закона не вызывает сомнения ни у кого из присутствующих, то как можно назвать умение, которое позволит обвиняемому избежать страшной участи? Я бы назвал это умением спорить против очевидного, по-другому наглостью или бесстыдством. Спасая себя, преступник не остановится ни перед какими хитростями, начнёт играть словами, строить всевозможные софизмы…

Видимо, на первых порах применения драконовских законов народ в Аттике ещё не обладал подобными способностями в полной мере. Потому-то, наверное, число смертных приговоров было очень большим. Спустя столетия афиняне с ужасом вспоминали свой опыт введения правового государства, вошедшие в историю «драконовские меры». Можно предположить, что народное творчество разработало методы борьбы с суровым судопроизводством: граждане поневоле стали грамотнее, логичнее и речистее… Война всех против всех – а это и есть одно из определений демократии – сформировала и особый характер афинского народа. Современники отмечали поразительную его склочность, любовь к пересудам и разговорам.

Но вернёмся к трём жизненно важным гражданским навыкам. Можно смело предположить, что эти три необходимые каждому свободному гражданину способности – умение читать, хорошо говорить, логически мыслить – стали основанием для классической системы образования в античности. Имеется в виду тривиум (грамматика, риторика и диалектика). Без знания этого набора из трёх предметов, основы основ свободных искусств, человек не мог быть полноценным гражданином.

Отношение к этим наукам (или по-другому, искусствам – “arts), было неравнозначным. Грамматику и логику (диалектику, философию) общество никогда не считало чем-то предосудительным. Но в риторике сразу увидели опасное ремесло. Серьёзные люди осуждали риторические школы, в которых, как они говорили, юношей учат бесстыдству. Да, действительно, софист своё мастерство демонстрировал путём доказательства какого-нибудь тезиса и последующим опровержением только что доказанного. Поэтому в общественном мнении риторика была то же, что и софистика и эристика и вообще полное моральное разложение.

Аристотель, сам преподававший у Платона в академии риторику, сумел отделить от неё логику как науку о правильном рассуждении, о законах мышления. Риторику он обозначил как умение находить доказательства, практику правдоподобной речи. То есть не сумел снять с неё сократовское обвинение в том, что это не более, чем ловкость.

В средневековых университетах риторику тоже особенно не жаловали, отводя ей роль вспомогательной дисциплины. Известно осторожное или негативное отношение к науке о витийстве и в последующих веках. Неоднократно говорили и о смерти риторики. Тем не менее, спрос на неё то и дело возникал, особенно в предреволюционные эпохи, накануне общественных катаклизмов.

Риторика являет вид не строгого доказательства, а только правдоподобного. И вместе с тем речь не от сердца, а продуманная, искусственная речь деятеля. «Риторика всегда там, где человек сначала думает, а потом говорит» (М.Л.Гаспаров). Двойное (внутренне-внешнее) существование риторической речи и составляет её поразительную силу. Риторика – наука о грамотной речи. Правомерно ли такое определение её предмета? Думается, да. И вот почему.

1. Это особая речь оформляется в связи с введением писаного закона.

2. Риторическая речь основывается на предварительном продумывании: она «пишется» вначале в уме оратора, обдумывается, редактируется. Это не духовная реакция на слова собеседника. Ритор держит в запасе массу шаблонов и образцов, вычитанных им из книг. Его речь искусственна, искусно грамотна. «Говорит как по писаному»

3. Риторика опирается на собственно письменный текст. Перо, как известно, лучший наставник в красноречии.

4. Данное определение не противоречит ни одному из известных определений риторики (умение находить доказательства, говорить хорошо, говорить красиво, эффективно и т.п.).

Итак, риторика – наука о грамотной речи, то есть о той, которая предварительно пишется (продумывается) а потом только произносится. Учить риторике – значит учить писать, обдумывать и произносить речи.

Но эти же три задачи обязательно ставятся и в двух других дисциплинах тривиума, но только там иные предпочтения. Грамматика прежде всего учит правильно без ошибок писать, но вместе с тем и правильно читать (произносить) текст и думать над его строением. В логике ученик записывает и решает задачи или произносит вслух рассуждение, обращая внимание на соблюдение законов формальной логики, но не на выразительность исполнения. А вот в риторике главное из этих трёх - умение произносить. Поэтому античный тривиум - органически построенная система обучения свободного гражданина в правовом обществе.